Александр Ширвиндт: «В 80 сквозить ветерком – подозрительно»

Александр Анатольевич, первым делом хотелось бы узнать, как самоизоляция отразилась на вашей жизни.

Самоизоляция – слово какое-то неправильное. Это не самоизоляция, а перемена образа жизни, что всегда трудно для психики. И опасность неврастении, как мне кажется, еще существует. Мы люди в основном бегающие, не привыкли сидеть на месте. Но карантин лично мне напомнил о существовании семьи. В голову приходили мысли, которые на бегу не часто нас посещают.

Ваш сын Михаил в своем микроблоге в Instagram писал, что коротали вечера с клюковкой и хреновухой. Сколько было выпито? Есть ли подсчеты?

Мне уже не 27 лет. Дозы значительно уменьшились. Сейчас это, скорее, дегустация, а она предполагает очень маленькие глоточки. Затем идут разговоры о качестве напитков.

Этой весной вы в очередной раз стали дедушкой и прадедом. Какие чувства испытали?

Началось оханье, сюсюканье, бесконечные просмотры в телефоне фото и видео, как они перевернулись, сходили на горшок. Это тоже пример времяпрепровождения на карантине. Возраст, конечно, прибавляет эмоций. Когда были посвежее, бегали, прыгали, распивали напитки, о которых вы спрашивали. Дети и внуки тогда были на втором, третьем, а то и пятом месте. Сейчас все иначе.

Как назвали малышей?

Внука Михаилом, а правнуки – близнецы Семен и Матвей.

Александр Анатольевич, с женой Натальей Николаевной вы много лет вместе. Поделитесь секретом идиллии в отношениях?

Во-первых, терпение. Во-вторых, заниматься не только бытом, деторождением, но и профессией. И профессии у мужа с женой должны быть разные. Моя жена известный ведущий архитектор. Много строила, изобретала. Я тоже довольно плотно занимался работой в театре и кино. Времени на выяснение отношений не было. А когда супруги круглые сутки нос к носу, возникает нехватка воздуха. А он и есть гарантия крепкого брака.

Вас, кстати, никогда не тяготил статус секс-символа советского кинематографа? Жена, наверное, ревновала к поклонницам?

Жена у меня интеллигентный человек. Она понимала, что это работа. Тем более круг общения у нас был общий. Весело, шумно проводили время. Больно осознавать, что с каждым годом ряды друзей, соратников редеют. Но этого не избежать.

Раз уж мы заговорили о семье. На YouTube выходит ваш совместный с сыном проект «Съедобное-несъедобное», где вы делитесь кулинарными секретами разных стран и городов. Как возникла идея создать его?

Оно ко мне никакого отношения не имеет. Это Михаил Александрович сам все придумал. А меня туда приглашает в качестве некоего ихтиозавра, рассказывающего про еду позапрошлого века.

А есть блюдо, без которого не обходится ни одно застолье в вашей семье?

Я всегда ратую за старомодность и привязанность к чему-то простому, очень естественному, к тому, что появилось во времена моей молодости. Например, плавленые сырки. Или вареный лук. Все ахают от моего появления, когда съем его. А попробовав лук сами, говорят: «Слушай, неплохо». Вареный лук – это же российский ананас. А так фирменное блюдо в нашей семье – фаршированная рыба. Я иногда привожу с реки карпа, леща или щуку. Жена их с таким умением приготовит, будто заправская одесситка.

Александр Анатольевич, а вы чувствуете, что юмор современной молодежи вам стал менее понятен?

Каждая эпоха привносит свои речевые, в том числе юмористические и сленговые новшества, к которым нам приспособиться очень трудно. Я понимаю транслируемые сегодня в кругу молодежи образы. Думаю, это, наверное, у них юмор. Но улыбки у меня на лице они не вызывают.

Ваш любимый анекдот, который не поймет современная молодежь?

Анекдоты быстро теряют актуальность. Это первое. Второе, я их забываю за секунду. А есть люди, которые помнят анекдоты и даже классифицируют их. Но к категории таких людей я не отношусь.

Зато к театру «Сатиры» вы имеете непосредственное отношение. Судя по афише на официальном сайте, сейчас все спектакли проходят в онлайн-режиме. Как актеры отнеслись к такому нововведению?

Театр – живое искусство. Играть в зале без зрителей – утопия. Не меняет ситуации и шахматная рассадка. А если ты пришел с женой или любовницей? В итоге она сидит в амфитеатре, а ты в метре от нее. Тоже накладно. Но вот что я заметил. Чувствуется взволнованно-уважительное отношение друг к другу. Артисты рискуют, выходя на сцену. Тем более у нас сейчас тоже много заболевших. И пришедший на спектакль зритель попадает в зону риска. Не скажу, что это подвиг, но во всяком случае чувство единения.

Александр Ширвиндт на сцене театра «Сатиры»

До ситуации с коронавирусом многие спектакли в театре «Сатиры» проходили с аншлагом. Как сохранить верность традициям классического театра и при этом быть популярным у зрителя?

У каждого театра есть аншлаговые спектакли и менее востребованные постановки. Причем иногда успех спектакля у зрителя не зависит от его качества и значимости. Зал в театре «Сатиры» рассчитан на 1230 мест. И каждый день собирать аншлаг – проблематично. При этом конкуренция высокая. Театральные залы сегодня, как мне кажется, должны быть на 400-500 человек. Это оптимальный вариант.

Один из самых популярных спектаклей «Орнифль» два года назад убрали из репертуара театра «Сатиры». Видел, пользователи сети интересуются, почему?

Есть спектакли, привязанные к исполнителям. В нашем театре таким был спектакль «Гнездо глухаря», где играл Анатолий Папанов. Он ушел из жизни и вместе с ним ушел спектакль. Если говорить на языке театралов, ввести другого актера в этот спектакль было невозможно. «Орнифль» поставили больше двадцати лет назад специально для меня. А мне его в свое время рекомендовал Эльдар Рязанов. Спектакль действительно был очень популярным среди зрителей. Мы его сыграли, по-моему, раз четыреста. В его основе пьеса Жана Ануйя «Орниф, или Сквозной ветерок». По сюжету этот Сквозной ветерок не может остановиться в своих любовных похождениях.  Если до 50 лет я еще как-то справлялся с ролью, то в 80 сквозить ветерком – подозрительно. Зритель подумает, что я сошел с ума.

Вы можете похвастаться богатой и фильмографией. А какую картину считаете самой удачной?

У меня действительно было много работ разного масштаба. У того же Эльдара Рязанова я сыграл в десяти картинах. Это были эпизодические роли, но они мне очень дороги. Работа с ним всегда была подарком. Любимая роль? Когда-то устраивали встречи со зрителями. Актер приходил, садился в кресло, остроумно и находчиво отвечал на вопросы поклонников. Помню, на такую встречу пригласили Костю Райкина. И один из зрителей задал ему точно такой же вопрос. На что он ответил: «Еще не сыграна». Конечно, не сыгранные роли – самые любимые.

Кадр из фильма «Ирония судьбы, или С легким паром!»

Вы, кстати, никогда не играли в бандитских фильмах, а хотели бы?

Подобные роли предлагают, но играть старого бандита не хочу. Их уже много сыграл великий Армен Джигарханян. А молодого бандита я тоже не потяну.

Недавно вышла ваша книга воспоминаний «Опережая некролог». Расскажите о ней.

Более внимательные и критичные мои друзья говорят, что в названии книги есть ненужное кокетство. Может быть, они и правы. С другой стороны, название соответствует содержанию. Книга близка по стилю к произведениям Валентина Катаева и Юрия Нагибина. Но в их повествованиях есть некоторая озлобленность, выборочность. Я этого старался избежать и хотел показать артистов с другой стороны, личностной, а не хрестоматийной. Я же с ними прекрасно общался, дружил. Это и стало эмбрионом в написании.

Некоторые артисты боятся писать мемуары. Думают, что поклонники не поймут или друзья обидятся.

Выворачивать наизнанку семейные и любовные отношения – безобразие. А если книга написана с прицелом на значимость фигуры, другое дело. Главное – отсутствие вранья.

Александр Анатольевич, в июле вам исполнилось 86 лет. Как отметили? Знаю, что в прошлом году ездили рыбачить на Валдай.

Рыбачить на Валдай я езжу последние 20 лет. В этом году попасть удалось туда не сразу. Здравницу открыли только с первого августа. Переживал по этому поводу. Как-никак традиция. В итоге провел там две недели. Сидел, ждал поклевки.

И как улов?

Очень вялый. Видимо, у лещей на меня санкции.

Вы были близки с Людмилой Гурченко. В своих интервью она не раз говорила, что боится стареть. А как вообще актеры воспринимают почтенный возраст?

Ничего хорошего в этом нет. Непредсказуемость болячек – главный подарок почтенного возраста.

Фото: PersonaStars, legion-media

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть
Закрыть